Давай кул стори!

… Как-то моя подруга, любительница коньяка и песнопений, уговорила меня пойти с ней вдвоем в караоке. Рядом с моим домом есть отличное место, милое тем, что в одном зале там обычно проходят банкеты-корпораты, а второй — почти всегда пустует. И когда мы заваливались туда тесной девичьей компанией, этот зал обычно отдавали полностью в наше распоряжение: аппаратура есть, диджей есть, официанты, очереди ждать не нужно и стесняться некого, пой-пляши, как рок-звезда.

В этот раз, правда, повезло чуть меньше — за одним из столов что-то праздновали дядьки лет 40-50, но, в принципе, нам они не мешали, потому как больше пили, чем пели.

Вот сидим мы, отдыхаем, и тут подружка вышла по телефону попиздеть, а я решила воспользоваться ситуацией: мол, а чо мы все время вместе поем, интересно, смогу ли я одна, и насколько это будет отвратительно звучать? Выбрала «Мой рок-н-ролл», подошла к самому большому экрану вплотную, потому как очки дома забыла, стою, пою, никого не трогаю. Хорошо получается! Голос, правда, как был отвратительный, так и есть, но в ноты порой попадаю.

И тут… вдруг ощущаю, что на меня кто-то ооочень пристально смотрит. Настолько пристально, что это реально чувствуется физически (раньше я думала, что это метафора). Поднимаю глаза — святые укупники! Передо мной стоит один из мужиков с соседнего стола. Рожа… видели когда-нибудь киношных головорезов? «Протокольная» и «кирпича просит» это, поверьте, мягко сказано: дай ему револьвер с широкополой шляпой и отправляй на дикий запад ХIV века! Широкое грубое лицо с кустами щетины, злобные, широко расставленные, абсолютно сумасшедшие пьяные глазенки, нос сломанный, шрам поперек ебала — а САМОЕ СТРАШНОЕ, что на этой лютой бандитской харе застыло трепетное, нежное, влюбленное выражение! Настолько явное, что не перепутаешь ни с чем! Как блять знаете, в фильмах всегда изображают любовь с первого взгляда?! Так я это увидела вживую! И это было пиздец как отвратительно!

Стоит, пырится на меня не отрываясь, аж рот раскрыл.

— … мой рок-н-ролл, и для любвиии это не местооооо, — запел в этот романтический момент ди-джей, заметивший, что я резко заткнулась. — Ооо-оооу, это не местооооо!...

Очканув от такого внимания, я свалила в туалет. А вернувшись, обнаружила мужика уже за нашим столиком, что-то активно втирающего подруге, и, судя по ее вытянувшемуся лицу и круглым глазам, монолог шел явно не о достоинствах местного меню.

— Девушка! — заорал он, увидев меня. — Куда же вы убежали! Я же так испугался, что вы не вернетесь!!!

«Блять», — мрачно подумала я. Спустя пять минут, во время которых мне не удалось вставить не слова, мы узнали, что мужик — полковник полиции (корочку показал СРАЗУ, и несколько раз порывался снять рубашку, чтоб продемонстрировать шрамы от пуль), что он увидел меня и понял — это судьба, что у него есть дом в Титоровке, машина, деньги, и всем этим он готов осыпать меня прямо сейчас, а если я откажу ему, то он застрелится у моих ног..

— Валим отсюда! — прорычала я, когда полковник наконец-то отошел от нашего стола. — Срочно! Видно же, что тип вообще не в адеквате! Может, он за пистолетом уже пошел!

— Да ладно тебе, — легкомысленно отмахнулась моя подруга. — Мне он даже милым показался, такой головорез, а на тебя смотрит, как щеночек… А если что-то пойдет не так, мы просто охране пожалуемся. Да и может он вообще не подойдет к нам больше, ща дойдет до своих корешей, накатит водочки и забудет вообще.

Но, как оказалось, полковник не забыл, и ушел-то он только затем, чтобы заказать и спеть мне песню о несчастной любви. Голос у него оказался еще более отвратительным, чем у меня, но он компенсировал это активной мимикой и жестикуляцией. А после пения снова встал передо мной, как лист перед травой.

— Мужчина, — осторожно подбирая слова, начала я. — К сожалению, не могу ответить взаимностью на ваши чувства...

— Показать шрамы от пуль?! Я сейчас!

— ОНА ЗАМУЖЕМ! — неожиданно для всех заорала моя подруга. — Да, замужем! Замужем за своим… мужем! Дашка, покажь ему кольцо!

— Алена...- угрожающе процедила я. Полковник, уже потянувшийся снимать рубаху, недоверчиво буравил меня мелкими глазками, поэтому подруга настойчиво повторила:

— ПОКАЖЬ КОЛЬЦО СЕЙЧАС ЖЕ!

— Ладно, — обреченно выдохнула я и, поборов желание зажмуриться, помахала перед ним пальцем с кольцом. Средним. Потому что на других пальцах колец у меня не было.

Но дядька толи с пьяных глаз обсчитался в моих пальцах, толи был вообще не в курсе, где обручалку нужно носить, но в нашу ложь поверил. На его ужасном лице отразилась печаль и боль всего мужского рода. Резко развернувшись, он умчался к своему столу.

— Ща застрелится, — радостно заявила подруга. — Или нас вначале застрелит. В любом случае, врядли он еще подойдет, понял же, что ловить нечего.

Куда блять там! Через каких-то пять минут полковник уже сидел рядом со мной, задушевно глядя мне в глаза, и уговаривал бросить моего несуществующего мужа и бежать в Титоровку, где меня ждал двухэтажный дом, сад, богатое хозяйство и прекрасная жизнь возлюбленной уважаемого человека. Пришлось все-таки идти за охраной. Явился парень с ресепшна, вежливо попросил полковника «не трогать девочек», на что тот выдал феерическую фразу, которую мы до сих пор вспоминаем:

— Да что я сделал такого-то? — спросил он с искренним возмущением несправедливо осужденного человека. — Я ЖЕ ИХ ДАЖЕ НЕ БИЛ!

Переглянувшись, мы с подружкой ушли домой.

+15
308
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...